«... почему любой социальный катаклизм в этом мире
ведет к тому, что наверх всплывает это темное быдло
и заставляет всех остальных жить по своим подлым... законам?» (В. Пелевин).
Широкое распространение получило слово «волнительный», вместо «волнующий». Заглянув в современную версию словаря Даля или словарь Ожегова, вы не найдете там определения «волнительности». Только в орфографическом словаре последнего издания. Хотя непонятно, зачем понадобилось узаконить ненужное слово.
Предвижу возражение: автор - ретроград, не желающий признавать обновление языка, а оно диктуется требованиями времени. Нет, я вполне признаю новояз, когда он уместен. А уместен он, если обозначает какое-либо новое понятие или придает иные оттенки уже существующим. Я привел в качестве примера слово «волнительный», поскольку оно ничем не отличается от традиционного «волнующий», а значит, вводить его в употребление совершенно излишне. Особенно неприятно слышать, когда «волнительный», «волнительно» говорят ведущие радио и телевидения.
Вообще чистота речи ведущих электронных СМИ - очень «волнительная» тема.
В низкопробных теледебатах постоянно терзают слух такие «откровения», появление которых предсказал еще Рэй Брэдбери: «Все эти дядюшки и тетушки... свора тараторящих обезьян, которые вечно что-то лопочут ...» Юмор многих «мастеров эстрады» и некоторые телешоу воспринимаются как сильнодействующее рвотное. Этот «юмор», часто и заслуженно критикуемый, тем не менее, продолжает регулярно выходить в эфир. Среди «шутников» я ни разу не увидел ни одной интересной личности, не услышал ни одной фразы, отмеченной интеллектом или эрудицией, их диалоги удручающе примитивны, их общение на эстраде чаще всего ограничивается проблемами сексуального партнерства, остальные темы им, очевидно, менее доступны.
Где вы, благословенные времена Джека Лондона, когда мальчишка из не слишком образованной семьи мог учиться правильной речи, слушая радио? Повторить этот опыт на примере некоторых программ современного телевидения было бы убийственно для подрастающего поколения.
Красноречивой оценочной категорией телевидения стали и кричаще неграмотные тексты телереклам. Ещё недавно нас одаривали такими перлами, как: «Лучше для мужчины нет» и «Вообще, обалдеть!» (из рекламы стирального порошка «Тайд»), это постоянные пощечины наотмашь родному языку. Не стала лучше и нынешняя реклама («типа моющее средство остается на посуде»), многие ролики поражающие идиотизмом сюжетных ходов.
Слушая такие рекламы, приходишь к неутешительному выводу, что вместе с разносторонними и талантливыми личностями на телевидение и радио пришли случайные люди, не отягченные сколько-нибудь значимым интеллектуальным багажом и нравственными комплексами, они - из поколения дельцов, для которых принцип лавочников «деньги не пахнут» стал привычной нормой. И которые легко готовы поступиться профессиональной порядочностью ради того, чтобы было на что лишний раз «сникерснуть по полной...»
Не могу не сказать об открытой пропаганде безнравственности в некоторых рекламах: Еще недавно, например, мы часто видели на экране подлую девочку с манерами опытной интриганки, которая взлохмачивает волосы, имитируя агрессию брата, чтобы съесть его лакомство, или подростка с повадками нациста, грубо отбирающего у «волшебника» (тоже не слишком порядочного) «шоко-бароко». Особенно поражала подлость рекламы, в которой вместе с товарами одобрительно показывалась манера поведения группы подонков, в ночное время устраивающих на крыше многоэтажного дома громоподобный музыкальный шум, не обращая внимания на протесты жильцов, а ведь среди них - маленькие дети, старики и люди, которым необходимо выспаться перед работой. Это безобразие сопровождается злорадным призывом: «Включи эм-пе зверя!»
Строго говоря, необходимо принятие официального документа, обязывающего телевидение скрупулезно отбирать и редактировать тексты реклам.
Давно пора расстаться и с бесконечными милицейско-бандитскими сериалами-стрелялками с однообразными сюжетами и стандартным набором актеров, в чьем профессиональном багаже переходящий из фильма в фильм нищенский набор штампов. Поварившись в этом сатанинском котле, смогут ли такие актеры сыграть что-нибудь выходящее за рамки взаимоотношений сыщиков и уголовников?
Вот я упомянул о профессионализме и подумал, что во многих случаях говорить о нем всерьез пока рано. Впору организовать для ведущих, плохо освоивших школьную программу по русскому языку, курсы ликбеза, чтобы не произносили в эфир такие перлы как «полный аншлаг» (аншлаг не может быть неполным, ибо означает, что свободных мест нет). К счастью, на телевидении и радио есть еще талантливые и интересных ведущие, которые никогда не портят настроение дурным вкусом и сомнительной лексикой.
В этом контексте стоит сказать и о молодежном сленге. Он меняется от поколения к поколению, все больше включая в себя англоязычные корни. Вряд ли стоит осуждать такой способ общения. Молодежный сленг это как бы условный язык, пароль: «Я - свой». Сленг благополучно исчезает с возрастом, и тот, кто когда-то говорил: «Он рюхает фишку», сегодня скажет: «Он разбирается в проблеме». А «шюзы» станут обувью.
Получившие массовое распространение, особенно в крупных городах, названия фирм и торговых предприятий на английском языке красноречиво говорят о низком культурном уровне и, несмотря на материальное благополучие, рабском сознании их хозяев. Это вкус полуграмотного нувориша, полагающего, что замена русских названий на иностранные придает некую солидность его собственности. Кстати, среди русского купечества такое низкопоклонство встречалось намного реже. Упомянутые в одном из рассказов Бабеля «нумера Мадрид и Лувр» действительно существовали. Это название говорит либо о чувстве юмора, либо - что вероятнее - о невежестве хозяина «нумеров».
Моему поколению, вошедшему в солидный возраст, повезло: многие получившие воспитание еще до революции преподаватели (последние могикане) были носителями подлинной культуры и порядочности, учители словесности осторожно прививали нам любовь к настоящей литературе и, отдавая сакраментальную дань программе, не слишком пропагандировали имеющие лишь приблизительное отношение к художественной прозе, зато густо наперченные «революционным сознанием» произведения (горьковская «Мать» или «Как закалялась сталь» Островского).
И только спустя много лет мы обнаружили, как обокрали нас идеологические цензоры, лишив Бунина, Набокова, Мандельштама, Есенина и других писателей и поэтов, являющихся истинной ценностью родной литературы. Из всего «Серебряного века» - гордости русского искусства - в школьную программу милостиво позволили включить лишь «идеологически полезное» произведение Блока «Двенадцать».
Среди пришедших на смену «могиканам» учителей литературы оказалась удручающе многочисленная «образованщина», нередко хамоватая и не отличающаяся эрудицией даже в рамках собственного предмета, знакомая, в основном, лишь с тем, что содержат школьные учебники. (Думаю, придумавший термин «образованщина» Александр Солженицын простил бы меня за расширенную трактовку этого понятия).
Еще в советские времена, придя в школу встречать после занятий дочь-первоклассницу, я был шокирован грузной теткой, оказавшейся преподавателем... литературы. На лестничной площадке она, расставив ноги и пугающе уткнув руки в бока, громко и злобно кричала сбегавшим вниз подросткам: «Ну, куда прете?!» Потом я перестал удивляться подобным сценам.
Когда слышишь, как выступающие по телевидению высокие чиновники говорят: «двухтысяч восьмой год», приходишь к неутешительному выводу, что нередко нами руководят полуграмотные жертвы образованщины, не сумевшей научить своих подопечных даже склонять числительные.
Именно бескультурьем образованщины мы обязаны полным залам (а иногда и стадионам) беснующихся от попсы «отвязанных» молодых людей. Кстати, «отмороженный», «отвязанный» (от принятых в цивилизованном обществе нравственных норм) - примеры удачного новояза.
Дурной вкус существовал всегда. Еще до революции значительная часть репертуара небесталанного Петра Лещенко состояла из наивных и бесхитростных песенок и романсов, отвечавших вкусу горничных, белошвеек и проституток, Лещенко был их кумиром. Эстафету певца приняли многие авторы песен советского времени. Уцененный аналог Лещенко козлиным голосом с надрывом вопрошал: «... быть может, ты смеешься над смелостью моей?».
Потомки белошвеек и горничных, утирая слезу, слушали то ли песню, то ли музыкальную балладу: «Помнишь, мама моя, как девчонку чужую \ Я привел к тебе в дом и тебя не спросил...» Шарманочная мелодия гармонично дополняла удручающе примитивный текст. В этом наследии и нужно искать корни разнузданной до крайности современной попсы (разумеется, не обошлось и без «тлетворного влияния Запада»).
Послушайте графоманские попсовые песни. Если снять с них отупляющий гипноз аранжировочного грима, обнажится унылый, поражающий скудоумием и полным отсутствием хотя бы крупицы творческого начала первоисточник. Лишь немногие эстрадные исполнители поют произведения, которые без натяжки можно назвать искусством.
Полуграмотное телевидение, полуграмотные преподаватели, компьютерная «культура» с жестокими играми, разнузданная попса, юмор «из подворотни» приводят к устойчивому одичанию количественно опасной части подростков, потерявших всякий интерес к книгам. В этой связи позволю себе еще дважды процитировать Брэдбери: «Люди сами перестали читать книги, по собственной воле... (добавлю: и благодаря стараниям малокультурных наставников - В.П.) мы могли бы создать школу и сызнова учить людей читать и мыслить».
Создание такой школы должно стать первостепенной обязанностью. Необходимо еще раз внимательнейшим образом пересмотреть гуманитарную часть школьной программы, чтобы учебники литературы не только включали в себя произведения действительно достойных авторов, но и учили мыслить.
Не научив мыслить, нельзя научить созидать. Почему в городах и весях развелось так много, мягко говоря, нравственно неадекватных молодых людей? Ответ у того же Брэдбери: «Кто не созидает, должен разрушать. Это старо как мир. Психология малолетних преступников».
Естественно, все сказанное об образованщине не имеет никакого отношения к еще сохранившимся в школах интеллигентным и глубоко эрудированным преподавателям. Атмосфера, которую они создают в своих классах, редко приводит их учащихся в ряды фанатов попсы. И значительно чаще - в ряды ценителей Моцарта, Бетховена, Баха и Рахманинова, Мандельштама, Цветаевой, Ахматовой, Есенина и Пастернака. Таких преподавателей невозможно представить себе рядом с торгующими в храме образования хорошими и отличными оценками и практикующими постоянные поборы якобы на нужды учебного заведения. В какой-то мере порождением продажности и цинизма тех, кто призван сеять «разумное, доброе, вечное» стали потерявшие человеческий облик дети с обрезками железной арматуры, не щадящие таких же детей (вспомните убийство таджикской девочки в Санкт-Петербурге).
На мой взгляд, было бы очень правильно для поступающих на гуманитарные отделения (особенно русского языка и литературы) абитуриентов вузов ввести собеседование для выяснения интеллектуальной и этической подготовленности, эрудиции, а значит и пригодности к будущей преподавательской деятельности. Я не случайно выделяю именно преподавателей гуманитарных дисциплин, а не точных наук - тем достаточно доходчиво изложить в рамках программы (а желательно и шире) свой предмет. Разумеется, при том, что все школьные работники должны быть хорошо воспитаны.
Не могу обойти молчанием и зловещие тенденции считающего себя передовым и прогрессивным молодежного сообщества, возродившего средневековые, а затем и нацистские традиции уничтожения книг. Неважно, каким способом - сжиганием или бросанием в символический унитаз. Особей этого сообщества с младых ногтей готовят к управленческой карьере. Заметьте, не к пополнению рядов фактически уничтоженного крестьянства, не к будущему труду профессиональных рабочих, а к заманчивым должностям начальников и начальничков. Оторопь берет при мысли, что будущие управленцы снова начнут решать, что нам можно, а что нельзя читать, смотреть и слушать... Мне, например, тоже не нравятся некоторые - даже талантливые - произведения некоторых писателей, однако неплохо бы научиться уважать тех, кто не согласен с категорическим мнением сопливых цензоров, за которыми наверняка стоят зловещие фигуры взрослых политиканов.
Надеюсь, эти разрозненные, но имеющие объединяющее начало мысли не всех оставят равнодушными.
Еще - почитать о двухминутке ненависти в наших школах
А также - работы умных школьников из Башкортостана
Автором сайта Лига свободных городов может стать любой. О том, как это сделать - в рубрике Авторам
